Энциклопедия подвига: Жуков Георгий Константинович

23 августа 2018

01.121896-18.06.1974 Четырежды Герой

Советского Союза

1.

29.08.1939

Медаль № 435

Орден Ленина

6071

2.

29.07.1944

Медаль № 22

3.

01.06.1945

Медаль № 2

4.

01.12.1956

Медаль № 1

Орден Ленина № 276136

 

Георгий Жуков родился в деревне Стрелковка Малоярославецкого уезда Калужской губернии в семье крестьянина Константина Артемьевича Жукова (19 ноября (1 декабря1896;, русский).

После окончания с похвальным листом трёх классов церковно-приходской школы в соседней деревне Величково летом 1908 года «мать устроила Егорку в ученье» к своему брату Михаилу Пилихину — меховщику и владельцу небольшой скорняжной мастерской в Москве.

Сборы в Москву были недолгими. Поздним июльским вечером 1908 года с полустанка «ОбнинскоеГеоргий, с пятью варёными яйцами и лепёшкой в котомке, в сопровождении дяди Сергея на дачном московском поезде отправился «в люди», как тогда говорили.

На следующий день он уже приступил к своему нелёгкому, по пятнадцать часов в сутки, обучению. В 13 лет, успешно освоив начальный курс скорняжного дела, самостоятельно поступает на вечерние общеобразовательные курсы на Тверской улице, которые давали образование в объёме городского училища.

В 1911 году, занимаясь по вечерам, успешно сдаёт экзамены за полный курс городского училища и получает аттестат.

Летом 1912 года Георгия, как одного из самых способных и физически развитых учеников, берут на знаменитые Нижегородские ярмарки, где он иногда подменяет хозяина за прилавком в павильоне, пакует проданный товар и отправляет заказы через городскую пристань на Волге, пристань на Оке или через железнодорожную товарную контору. В том же году Жуков, впервые за четыре года обучения, получает десятидневный отпуск в родную деревню.

К 1914 году Георгий Константинович — уже столичный скорняжных дел мастер. Снимает за три рубля в месяц койку на частной квартире в Охотном ряду у вдовы Малышевой, против теперешней гостиницы «Москва» и планирует жениться на дочке домохозяйки — Марии.

Но война, как это всегда бывает, спутала все наши надежды и расчеты…

28 июля 1914 Российская империя вступает в Первую мировую войну. В связи с потерями на фронте, в мае 1915 года был объявлен досрочный призыв молодежи 1896 года рождения.

20 августа 1915 года Жукова призывают в Императорскую армию. В Малоярославце отбирают в кавалерию и в тот же день с группой новобранцев отправляют в Калугу, где в 5-м кавалерийском полку 189-го запа́сного пехотного батальона и начинается его славная военная карьера полководца.

Нам выдали учебные пехотные винтовки. Отделенный командир ефрейтор Шахворостов объявил внутренний распорядок и наши обязанности. Он строго предупредил, что, кроме как «по нужде», никто из нас не может никуда отлучаться, если не хочет попасть в дисциплинарный батальон.

После обучения на кавалерийского унтер-офицера, в конце августа 1916 года откомандирован на Юго-Западный фронт в распоряжение командира 10-го Новгородского драгунского полка. Участвуя в боевых действиях, «за захват немецкого офицера» награждён Георгиевским крестом 4-й степени. В октябре получил тяжёлую контузию и вследствие частичной потери слуха направлен в запа́сный кавалерийский полк.

За ранение в бою удостоился второго Георгиевского креста, на этот раз 3-й степени. После роспуска эскадрона в декабре 1917 года вернулся в Москву, затем в деревню к родителям, где долго болел тифом.

В мае-июне 1919 года в составе Московской кавалерийской дивизии отправился на Урал, где участвовал в боях с казаками в районе станции Шипово, в июне-августе того же года — в боях за Уральск, затем в боях в районе станции Владимировка и города Николаевска.

В сентябре-октябре 1919 года участвовал в боях под Царицыном, затем между Заплавным и Средней Ахтубой (рядом с нынешним городом Волжский), где был ранен осколками гранаты.

После окончания Рязанских кавалерийских курсов осенью 1920 года назначен командиром эскадрона; в августе 1920 года принимал участие в боях с десантом Улагая под Екатеринодаром, в декабре 1920 — августе 1921 года участвовал в подавлении крестьянского восстания на Тамбовщине.

За участие в подавлении Антоновского восстания был награждён в 1922 году орденом Красного Знамени с формулировкой:

В бою под селом Вязовая Почта Тамбовской губернии 5 марта 1921 г., несмотря на атаки противника силой 1500—2000 сабель, он с эскадроном в течение 7 часов сдерживал натиск врага и, перейдя затем в контратаку, после 6 рукопашных схваток разбил банду.

В 1925 году, по окончании кавалерийских курсов усовершенствования командного состава в Ленинграде — командир 42-го кавалерийского полка М. Савельев, командир эскадрона 37-го Астраханского полка Н. Рыбалкин и Г.К. Жуков — решили возвратиться к месту службы в Минск не поездом, а пробегом на конях. Маршрут, длиной в 963 километра через Витебск, Оршу, Борисов был пройден за 7 суток. Лошади за это время потеряли в весе от 8 до 12 килограммов, всадники 5—6 килограммов. Все участники получили правительственные премии и благодарность командования.

С 1926 года 5 лет преподаёт военно-допризывную подготовку в Белорусском государственном университете.

В 1929 году окончил курсы высшего начальствующего состава РККА. С мая 1930 года командовал около года 2-й бригадой7-й Самарской кавдивизии, которую возглавлял в то время Константин Рокоссовский.

Затем годы службы в Белорусском военном округе под началом легендарного И.П. Уборевича.

Позже назначается помощникоминспектора кавалерии РККА, в марте 1933 года — командиром 4-й кавалерийской дивизии, которая дислоцировалась в городе Слуцке Белорусской ССР. С 1937 года служил командиром 3-го и 6-го кавалерийских корпусов, а с июля 1938 года — заместителем командующего ЗапОВО.

В период репрессий на окружной партийной конференции Жукову, как командиру 3-го кавалерийского корпуса, ставили в вину то, что он «не разглядел врагов народа» и «политически близорук». По этому поводу Жуков отправил телеграмму на имя Сталина и Ворошилова. Ответа он не получил, но больше его не беспокоили.

В канун празднования 20-й годовщины Красной Армии (приказом НКО № 0170/п от 22 февраля 1938 года) «досрочно и вне очереди» комбригу Г.К.Жукову было присвоено воинское звание —комдив.

В мае 1939 года «с инспекцией» был направлен в район советско-японского конфликта на территории Монголии, где в июне того же года вступает в командование 57-м особым корпусом, впоследствии развёрнутым в Первую армейскую.

5 июня 1939 года Генштабом РККА создана фронтовая (Читинская) группа войск под командованием командарма 2-го ранга Григория Штерна. В состав группы вошли 1-я и 2-я отдельные Краснознамённые армии, войска Забайкальского военного округа и 57-й особый корпус (командир корпуса Николай Фекленко).

11 июня 1939 года, с согласия Сталина, по представлению Народного комиссара обороны Климента Ворошилова, командиром 57-го особого корпуса в Монголии назначается комдив Жуков.

12 июня Фекленко телеграфирует в Москву: «Командование корпусом сдал комдиву Жукову.

19 июня 1939 года (приказ Наркома обороны СССР № 0029 57 особый корпус реорганизован в Первую армейскую группу под командованием комдива Жукова, с прямым оперативным подчинением НКО СССР (Член военного совета группы дивизионный комиссар Дмитрий Никишов, начальник штаба комбриг Михаил Богданов).

Задачи по координации действий советских и монгольских войск в районе конфликта, тыловому обеспечению, были возложены на фронтовую группу под командованием командарма 2-го ранга Г.М. Штерна, имевшего опыт боёв с японскими агрессорами на озере Хасан в 1938 году.

Иногда у Штерна и Жукова возникали споры и разногласия по тем или иным вопросам применения войск и тактическим решениям, но всегда находилось взаимоприемлемое решение. Членом военного совета группы был назначен дивизионный комиссар Николай Бирюков, начальником штаба комдив М.А. Кузнецов. Монгольскими войсками, действовавшими в районе боев, руководил маршал Хорлогийн Чойбалсан.

Оказавшись в должности командующего корпусом, Жуков немедленно начинает действовать. Для начала он переносит штаб корпуса из Улан-Батора в Тамцак-Булак а немногим позднее на гору Хамар-Даба, в непосредственной близости от линии соприкосновения с японскими войсками. Приказывает создать аэродромы вблизи позиций наземных войск и налаживает связь с подразделениями.

Тем не менее, проблем довольно много, несмотря на то, что советская группировка превосходила японскую 6-ю армию по численности вдвое, а по танкам — в три раза. Жуков жёстко, в свойственной ему манере наводит порядок во вверенных ему частях; объясняет, учит, убеждает, требует, приказывает, а где надо, и наказывает.

В своих мемуарах, опубликованных Нью-Йоркским издательством герцога Лейхтенбергского «Детинец» в 1981 году, Пётр Григоренко, служивший в 1939 году офицером Генерального штаба РККА при фронтовой (читинской) группе командарма Г.М.Штерна, отмечал:

Штерн добился, что президиум Верховного Совета СССР дал Военному Совету фронтовой группы право помилования. К этому времени уже имелось 17 приговоренных к расстрелу. Даже не юристов содержания уголовных дел приговоренных потрясали. В каждом таком деле лежали либо рапорт начальника, в котором тот писал: «Такой-то получил такое-то приказание, его не выполнил» и резолюция на рапорте: «Трибунал. Судить. Расстрелять!», либо записка Жукова: «Трибунал. Такой-то получил от меня лично такой-то приказ. Не выполнил. Судить. Расстрелять!». И приговор. Более ничего. Ни протоколов допроса, ни проверок, ни экспертиз. Вообще ничего. Лишь одна бумажка и приговор.

В начале июля японцы крупными силами пехоты при поддержке артиллерии начали наступление с целью окружить и уничтожить советско-монгольскую группировку войск на восточном берегу реки Халхин-Гол. Основные боевые действия развернулись в районе горы Баин-Цаган и продолжались трое суток.

Благодаря нестандартным и активным действиям, командованию 1-й армейской группы удалось успешно отразить наступление, создать эшелонированную оборону и наладить снабжение войск. Было достигнуто ощутимое превосходство в воздухе.

31 июля 1939 года Жукову было присвоено очередное воинское звание — комкор. Его действия, несмотря на некоторые шероховатости, были признаны успешными, он сумел обойтись без крупных проколов и сохранил относительную стабильность положения советских войск на Халхин-Голе.

«Это сражение, — отмечал Жуков, — является классической операцией активной обороны войск Красной Армии, после которой японские войска больше не рискнули переправляться на западный берег реки Халхин-Гол».

С 20 по 31 августа 1939 года, Жуков, совместно с М.А.Богдановым проводит успешную операцию на окружение и разгром группировки японских войск генерала Комацубары на реке Халхин-Гол.

Обычно с именем Жукова связывают только завершающую фазу конфликта — наступление советских войск в конце августа 1939 г. Однако в действительности ему пришлось разыгрывать довольно сложную комбинацию в течение трех месяцев боев. Жукову удалось вывести советские войска в Монголии из глубокого кризиса, отразить наступление японцев, накопить силы и разгромить противостоящие ему японские войска в решительном сражении на окружение

Впервые в практике применения войск РККА, в боях на Халхин-Голе Жуковым широко использовались танковые, мотоброневые и авиационные подразделения для решения задач активной обороны, быстрого окружения и уничтожения противника.

В ходе боёв советские войска потеряли 23 225 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Японские потери оцениваются в 61 тыс. человек (из них около трети — убитыми).

Современной историографией разгром японцев в боях на Халхин-Голе рассматривается как один из ключевых факторов, повлиявших на решение Японии — отказаться от планов нападения на СССР вместе с Германией.

За эту операцию комкор Жуков удостоился звания Героя Советского Союза (28 августа 1939 г., Золотая Звезда № 435) и ордена Красного Знамени МНР.

В мае 1940 года, в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР (от 07.05.1940 г.) «О введении в Красной Армии генеральских воинских званий», в числе других, Жукову было присвоено звание генерала армии.

7 июня 1940 года Георгий Константинович назначается командующим войсками Киевского особого военного округа, (приказ НКО № 02469).

Ещё в 1934 году Советский Союз установил дипломатические отношения с Румынией, однако политико-дипломатическая позиция в отношении Бессарабии и северной части Буковины оставалась неизменной. Эти территории считались СССР незаконно оккупированными румынской монархией с 1918 года, и на административно-политических картах СССР окрашивались тем же цветом, что и вся остальная территория, но заштриховывались синей или фиолетовой сеткой, указывавшей на состояние этой области под румынской оккупацией.

13 июня 1940 года Жуков принимает участие в совещании высшего военно-политического руководства СССР под председательством И.В. Сталина, на котором по мнению историка М.И. Мельтюхова обсуждался вопрос о подготовке военной операции по освобождению аннексированных Румынией территорий.

20 июня 1940 года в 21:45 Командующему войсками КОВО генералу армии Г.К. Жукову вручается директива Наркома обороны и Начальника Генштаба РККА за (№ 101396/cc), доставленная на самолёте из Москвы подполковником Шикиным и майором Рыжаевым, в которой, в частности предписывалось:

Приступить к сосредоточению войск и быть готовым к 22 часам 24 июня к решительному наступлению с целью разгромить румынскую армию и занять Бессарабию. Для управления войсками из состава управления Киевского Особого Военного Округа выделить Управление Южного фронта. Командующий фронтом — генерал армии тов. Жуков. Штаб фронта —Проскуров.

 

ОдВО: «с 10 часов 21 июня Вы подчиняетесь Командующему КОВО генералу армии Жукову».

К исходу 27 июня практически все войска Южного фронта (командующий — генерал армии Г.К. Жуков, член Военного совета — армейский комиссар 2-го ранга В.Н. Борисов, начальник штаба — генерал-лейтенант Н.Ф. Ватутин) были подтянуты в районы сосредоточения и развернуты.

В состав войск Южного фронта входили 32 стрелковые, 2 мотострелковые, 6 кавалерийских дивизий, 11 танковых и 3 авиадесантные бригады, 14 корпусных артполков, 16 артполков РГК и 4 артдивизиона большой мощности. Общая численность войск фронта, по неполным данным, составляла не менее 638 559 человек, 9415 орудий и минометов, 2461 танк, 359 бронемашин, 28 056 автомашин.

К концу июня 1940 года Румынией, вблизи советско-румынской границы было развернуто 20 пехотных, 3 кавалерийские дивизии и 2 горнопехотные бригады. В полосе от Валя-Вишеуляй до Секирян располагались войска 3-й армии (штаб — Роман) в составе горнопехотного корпуса (1-я, 4-я горнопехотные бригады), 8-го и 10-го армейских корпусов (5-я, 6-я, 7-я, 8-я, 29-я, 34-я, 35-я пехотные и 2-я кавалерийская дивизии). Вдоль р. Днестр от Секирян до Чёрного моря были развернуты войска 4-й армии (штаб — Текуч) в составе 1-го, 3-го, 4-го и 11-го армейских корпусов (2-я, 11-я, 12-я, 13-я, 14-я, 15-я, 21-я, 25-я, 27-я, 31-я, 32-я, 33-я, 37-я пехотные, 3-я, 4-я кавалерийские дивизии). Обе армии, входившие в состав 1-й группы армий, объединяли 60 % сухопутных войск Румынии и насчитывали около 450 тыс. человек.

27 июня в 10:30 Риббентроп передал в Бухарест инструкцию своему посланнику, в которой предлагал заявить министру иностранных дел Румынии: «Советское правительство информировало нас о том, что оно требует от румынского правительства передачи СССР Бессарабии и северной части Буковины. Во избежание войны между Румынией и Советским Союзом мы можем лишь посоветовать румынскому правительству уступить требованиям советского правительствa.

28 июня 1940 года Румынское правительство после многочисленных консультаций с Германией, Италией и союзниками по Балканской Антанте соглашается на ультиматум CCCР, и в 11:00 того же дня Жуков отправляет в войска фронта директиву (за № А-00149):

Правительство Румынии согласилось добровольно оставить Буковину и Бессарабию и отвести румынские войска за р. Прут.

Задача войск Южного фронта—быстрым выдвижением к р. Прут закрепить за СССР территорию Буковины и Бессарабии.

28 июня 1940 года в 14:00 части Красной Армии перешли границу с Румынией. В директиве командующего Южным фронтом Г.К. Жукова (№ А-0060) отмечалось:

Войсками армии при занятии Бессарабии движение вести на хвостах отходящих румынских войск. Во всех гарнизонах занятой Бессарабии установить образцовый порядок, наладить караульную службу и взять под охрану все имущество, оставленное румынскими войсками, государственными учреждениями и помещиками. Немедленно принять меры к исправлению дорог и мостов в занимаемых войсками районах. Особое внимание обратить на внешний вид бойцов и их подтянутость, всем быть побритыми, почищенными, в опрятной чистой летней одежде и касках. Плохо одетых оставить в тылах и в Буковину и Бессарабию не выводить.

4 июля 1940 года на Соборной площади Кишинёва состоялся парад советских войск. Парадом командовал генерал-лейтенант В.И. Болдин, а принимал его командующий Южным фронтом генерал армии Г.К. Жуков. Советско-румынская граница была „закрыта“.

Войска Южного фронта выполнили поставленную перед ними задачу и обеспечили нашему Правительству возможность мирным путём освободить Бессарабию и Буковину и своими действиями быстро закрепили их за СССР… Граница надежно обеспечена. Главные силы приступили к нормальной боевой учёбе в занимаемых ими районах.

В январе 1941 года Жуков принял участие в 2 двусторонних оперативно-стратегических играх на картах. Первоначально намечалась одна игра, 17—19 ноября 1940 года по теме „Наступательная операция фронта с прорывом укреплённого района, в ходе, которой предполагалось дать практику высшему комсоставу в организации, планировании и руководстве фронтовой и армейской наступательными операциями, изучить Прибалтийский театр военных действий и Восточную Пруссию, а также ознакомиться с основами оборонительных мероприятий войск.

Позже дата начала игры была перенесена и увязана с окончанием декабрьского совещания высшего командного состава РККА, при этом размах игры существенно расширился: кроме игры на северо-западном направлении, была предусмотрена и вторая игра — на юго-западном.

Обе игры проводились в три этапа, на каждом из которых, участники, в соответствии с заданиями принимали решения и готовили в письменном виде директивы, боевые приказы, оперативные сводки и другие служебные документы.

В первой игре, прошедшей со 2 по 6 января 1941 года, Жуков командовал „Западными“, нападавшими с территории Восточной Пруссии и Польши.

Северо-Западный фронт „Восточных“ (комфронта Д.Г.Павлов) остановил „Западных“ и перешёл в наступление, выполняя задачу выйти на нижнее течение реки Висла.

„Восточные“ по условиям игры обладали примерно полуторным превосходством в силах (в танках — почти тройным). В первые дни войска Павлова форсировали Неман, овладев сувалкинским выступом (окружив в нём крупную группировку „западных“), а на левом крыле прорвали фронт, возглавляемый Жуковым.

В прорыв была введена конно-механизированная армия, которая вышла в район, расположенный в 110—120 км западнее Государственной границы СССР. В ответ Жуков нанёс контрудар, ведущий к окружению и проигрышу „Восточных“, после чего игра была остановлена посредниками.

Во второй игре, прошедшей с 8 по 11 января 1941 года, Жуков командовал группировкой „Восточных“, отражавших агрессию „Западных“, „Юго-западных“ и „Южных“ на территории Украины и Бессарабии. Вторая игра завершилась принятием „Восточными“ решения об ударе на Будапешт, прорыве к озеру Балатон и форсировании Дуная.

14 января 1941 года постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) „О начальнике Генерального штаба и командующих войсками военных округов“ генерал армии Жуков назначен на место Кирилла Мерецкова, на должность начальника Генерального штаба РККА, которую занимал по июль 1941 года.

В целом, деятельность Георгия Константиновича на посту Начальника Генерального штаба современными историками оценивается неоднозначно. Учитывая уровень знаний и склад характера командира 2-й кавбригады Г.К. Жукова, будущий маршал Константин Рокоссовский, командовавший в 1930 году 7-й Самарской кавалерийской дивизией, 8 ноября 1930 года отмечал в аттестации на него:

Может быть использован с пользой для дела по должности помкомдива или командира мехсоединения при условии пропуска через соответствующие курсы. На штабную или преподавательскую работу назначен быть не может — органически её ненавидит.

Сам Георгий Константинович писал позднее:

Надо откровенно сказать, ни у наркома, ни у меня не было необходимого опыта в подготовке вооруженных сил к такой войне, которая развернулась в 1941 году, а, как известно, опытные военные кадры были истреблены в 1937—1939 годах.

Да и частая смена руководящего комсостава в Наркомате обороны и Генштабе в предвоенные годы не способствовала качественной разработке планов и созданию грамотной команды профессионалов.

На XVIII конференции ВКП(б) в феврале 1941 года Жуков избирается кандидатом в члены ЦК ВКП(б).

Занимая в феврале — июле 1941 года пост начальника Генштаба и заместителя наркома обороны СССР, Жуков принял участие в составлении „Соображений по плану стратегического развёртывания сил Советского Союза на случай войны с Германией и её союзниками“. План датируется не ранее 15 мая 1941 года. В этом документе, в частности, говорилось:

Учитывая, что Германия в настоящее время держит свою армию отмобилизованной, с развёрнутыми тылами, она имеет возможность предупредить нас в развёртывании и нанести внезапный удар. Чтобы предотвратить это, считаю необходимым ни в коем случае не давать инициативы действий Германскому командованию, упредить противника в развёртывании и атаковать германскую армию в тот момент, когда она будет находиться в стадии развёртывания и не успеет ещё организовать фронт и взаимодействие родов войск.

После перечисления задач, поставленных перед войсками фронтов, предлагалось:

— под видом выхода в лагеря произвести скрытое сосредоточение войск ближе к западной границе, в первую очередь сосредоточить все армии резерва Главного командования; — скрыто сосредоточить авиацию на полевые аэродромы из отдаленных округов и теперь же начать развертывать авиационный тыл; — постепенно под видом учебных сборов и тыловых учений развертывать тыл и госпитальную базу. Там же.

Наркомом обороны С.К. Тимошенко и начальником Генштаба Жуковым содержание документа было доложено Сталину. В случае его реализации предложен удар через территорию Южной Польши на Катовице, с дальнейшим поворотом либо на Берлин (если основная группировка противника отступит на Берлин), либо к Балтийскому морю, если основные немецкие силы не отойдут и постараются удерживать территорию Польши и Восточной Пруссии.

Вспомогательный удар левым крылом Западного фронта предполагалось нанести в направлениях на Седлец — Демблин, с целью сковывания варшавской группировки и овладения Варшавой, а также содействия Юго-Западному фронту в разгроме люблинской группировки противника.

Современным историкам не известно, был ли план принят. Документ не подписан, хотя места для подписей в нём обозначены. По словам Жукова в интервью 26 мая 1965 года, план не был одобрен Сталиным. Однако Жуков не уточнил, какой именно план был принят к исполнению и действовал на момент начала войны — 22 июня 1941 года.

Как утверждается в исследовании „1941 год — уроки и выводы“, Генеральный штаб имел на руках два варианта отражения агрессии, выполненных на основании общих „Соображений по плану стратегического развёртывания сил Советского Союза на случай войны с Германией и её союзниками на 1940—1941 гг.“, датированных осенью 1940 года. И по одному из вариантов, „Южному“, и шла подготовка к войне.

Вечером 21 июня 1941 года Жуков, по воспоминаниям генерала И.В.Тюленева, командующего МВО в июне 1941 года, обзванивал округа и предупреждал командующих о возможном нападении Германии и её союзников в ближайшие сутки.

21 июня 1941 года на совещании в Кремле (с 20:50 до 22:20) Жуков и С.К. Тимошенко предложили Сталину проект Директивы № 1. По версии Жукова, после напряжённого обсуждения они смогли убедить его. Директива № 1 командующими войсками западных округов была принята за несколько часов до вторжения войск стран Оси.

В годы Великой Отечественной войны Жуков занимал посты начальника Генерального штаба РККА (июнь-июль 1941г.), члена Ставки Главного командования (с 23 июня 1941г.), Ставки Верховного Командования (с 10 июля 1941 г.), Ставки Верховного Главнокомандования (с 8 августа 1941 г.), командующего Ленинградским фронтом (с 14 сентября), командующего Западным фронтом (с 10 октября).

С 26 августа 1942 г. являлся заместителем Верховного Главнокомандующего; с 27 августа 1942 года — первый заместитель Народного комиссара обороны СССР.

Командовал фронтами: Резервным, Ленинградским, Западным (одновременно был главкомом Западного направления), 1-м Украинским 1-м Белорусским.

22 июня 1941 года, после нападения Германии, Жуков подготовил Директивы № 2 (отпр. в 07:15) и № 3 (отпр. в 23:50) Наркома обороны (подписи Тимошенко и Жукова), в которых содержались приказы к отражению атак вермахта — „обрушиться всеми силами и средствами“ там где противник пересек границу, но самим границы не переходить (Директива № 2) и „к решительному наступлению на немецкие войска“ (Директива № 3).

Командование приграничных округов не смогло выполнить поставленные в Директивах задачи, ввиду того, что войска не были приведены в боевую готовность своевременно. Сыграл свою роль и фактор внезапности.

В скором времени связь с некоторыми соединениями была утеряна, а сами войска начали беспорядочный отход, не оказывая организованного сопротивления противнику. Наступление 23—28 июня превратилось в серию малоэффективных контрударов, которые не привели к ожидаемым результатам и изменению оперативной обстановки.

Войска Юго-Западного фронта, где Жуков с 23 июня находился в качестве представителя главнокомандующего, не смогли окружить и уничтожить наступающие группировки противника, как предполагалось предвоенными планами, хотя и сумели серьёзно замедлить продвижение немецких войск, используя перевес РККА в бронетехнике, практически полностью утерянный в ходе известного сражения в районе Дубно, где Красная армия потерпела тактическое поражение.

Войска Западного и Северо-Западного фронтов, не имевшие значительного перевеса над немецкими войсками в силах и средствах, при попытке нанесения контрударов несли серьёзные потери.

Западный фронт, на который пришёлся главный удар группы армий „Центр“, вскоре был фактически разгромлен.

В конце июля 1941 года, после ряда поражений и котлов, части Красной армии 28 июля 1941 года были вынуждены оставить Смоленск.

29 июля 1941 года Сталин смещает Жукова с должности Начальника Генштаба и назначает его командующим Резервным фронтом, где Георгий Константинович продолжает предпринятые в рамках Смоленского сражения контрудары, а затем проводит силами 24-й, 43-й армий Ельнинскую наступательную операцию.

Планировалось, что войска Красной Армии „срежут немецкое вклинение“ в советский фронт, образовавшееся по итогам Смоленского сражения, и окружат 8 дивизий противника. Хотя в ночь с 6 на 7 сентября, в условиях проливных дождей, немцы и успели отвести войска из мешка, Ельнинская операция стала первой успешной наступательной операцией РККА с начала войны.

Потери советских войск в Ельнинской операции составили 31 853 человека из 103 200 участвовавших (31 % из которых убитыми и ранеными), потери немцев составили 8—10 тысяч убитыми и раненными.

После завершения Ельнинской операции (приказом от 11 сентября 1941 г.) Жуков назначается командующим Ленинградским фронтом.

Была поставлена задача удержать Ленинград от захвата, деблокировать его, пока немцы не создали оборону вокруг города — прорваться навстречу Кулику, войска которого должны были пробиться навстречу Жукову.

В распоряжение командующего фронтом были переданы 42-я и 55-я армии, сосредоточенные на южном участке фронта в полосе, примерно в 25 км, вся артиллерия Балтийского флота, 125 тысяч сошедших на берег моряков, 10 дивизий народного ополчения…

Кулик, на таком же примерно участке фронта, должен был прорваться в Ленинград из района ст. Мга силами 54-й отдельной армии. По некоторым оценкам, „операция была провалена из-за малого количество войск“, выделенных Жуковым в поддержку Кулика.

Захват Ленинграда немецкое военное командование рассматривало и как вероятный „тяжёлый моральный удар“ советскому народу, так как Ленинград являлся так называемой „колыбелью Великого Октября“ и городом революционных, боевых и трудовых традиций большевиков.

В июле 1941 года при посещении штаба группы армий „Север“Адольф Гитлер подчеркнул, что с захватом Ленинграда, для русских: …будет утрачен один из символов революции, являвшийся наиболее важным для русского народа на протяжении последних 24 лет, и что дух славянского народа в результате тяжелого воздействия боев будет серьезно подорван, а с падением Ленинграда может наступить полная катастрофа.

В военно-политической и стратегической перспективе для Германии, помимо захвата либо блокады Ленинграда как крупного промышленного центра СССР, огромное значение имело и соединение с частями финской армии, наступавшей на город с Севера. Также полагалось, что по „достижении Ленинграда“ немцами „русский Балтийский флот потеряет свой последний опорный пункт и окажется в безнадёжном положении“.

Хотя финны и достигли своей цели войны, освободив отнятые у них районы, они были готовы участвовать всеми силами в дальнейших операциях. Их закалка и стойкость, а также боевой опыт снова в полной мере проявились на деле и завоевали искреннее уважение со стороны воевавших вместе с ними немцев.

21 августа, отклонив ряд предложений руководителей главного командования сухопутных сил, Гитлер в своих указаниях определял наиважнейшие задачи на ближайший период:

Важнейшей целью, которая должна быть достигнута ещё до наступления зимы, является не захват Москвы, а на юге — захват Крыма, индустриального и угольного Донецкого бассейна и нарушение подвоза русскими нефти с Кавказа; на севере — захват Ленинграда и соединение с финнами.

Там же. Предпосылки для успешного наступления группы армий „Центр“ и разгрома противостоящих ей сил противника будут созданы лишь тогда, когда находящиеся перед группой армий „Юг“ русские войска будут уничтожены, а группа армий „Север“ соединится с финнами, замкнув тесное кольцо окружения вокруг Ленинграда.

17 сентября передовые части противника прорываются к Финскому заливу западнее Ленинграда, отрезав войска 8-й армии от основных сил фронта. Западнее города образовывается Ораниенбаумский плацдарм. На следующий день немцы захватывают Слуцк и врываются в Пушкин.

Ситуация казалась критической, и Жуков пошел на крайние меры, надеясь прежде всего вернуть войскам уверенность в своих силах и возможностях:

17-го сентября он отдаёт суровый приказ военным советам 42-й и 55-й армий, в котором требует немедленно расстреливать всех командиров, политработников и бойцов, оставивших рубеж обороны без приказа.

22 сентября отправляет шифротелеграмму в 8 армию, где приказывает командованию армии „лично вести в бой“ бойцов и предупреждает о неминуемом расстреле всех командиров, самовольно оставивших Петергоф, как „трусов и изменников“.

25 сентября штаб группы армий „Север“ сообщает главному командованию немецких сухопутных войск, что с оставшимися в его распоряжении силами он не в состоянии продолжать наступление на Ленинград.

Решительность, целеустремленность, порой жестокость нового командующего Ленинградским фронтом возымели своё действие. Жуков сумел в самые сжатые сроки мобилизовать даже те мизерные резервы, которые имелись в его распоряжении. В войсках появилась уверенность в успехе, и они с возрастающим упорством дрались на занимаемых позициях.

Наивным бы было предположить, что миссия генерала Жукова на Ленинградском фронте ограничивалась лишь подписанием „людоедских приказов“ и „заваливанием благородного противника трупами“ во имя призрачной цели. Относительной стабилизации фронта на подступах к городу удалось добиться благодаря: кропотливой, круглосуточной работе над картами, поездкам по частям и подразделениям, грамотному оперативно-тактическому планированию, решению сложнейших задач по снабжению и переброске войск в условиях блокады-.

Много времени уделялось Жуковым изучению сил и средств, имеющихся у противника, взаимодействию со Ставкой, партийным и хозяйственным руководством города Ленинграда.

Под командованием генерала армии Жукова с 14 сентября по6 октября 1941 года войска Ленинградского фронта совместно с Балтийским флотом мужественно держали оборону на ближних подступах к городу.

Впервые в ходе войны немецкие войска были вынуждены перейти от стратегического наступления к длительной позиционной осаде. До начала операции „Тайфун“ вермахту так и не удалось овладеть Ленинградом и соединиться с финской армией.

Срыв плана молниеносного захвата Ленинграда имел важное военно-стратегическое значение для советского командования. Застряв под Ленинградом, вермахт лишился возможности повернуть силы группы армий „Север“ на московское направление для усиления наступавших там войск группы армий „Центр“. На Москву повернули лишь остатки 4-й танковой группы (в ней осталось около половины первоначальных сил) но под Ленинградом были вынуждены оставить две дивизии 12-ю и 8-ю танковые.

После стабилизации фронта под Ленинградом Жуков был отозван на центральное направление советско-германского фронта (возглавил Резервный фронт с 8 октября и Западный фронт с 10 октября), где основные силы Западного, Резервного и Брянского фронтов в первой половине октября были окружены и уничтожены немецкими войсками 16-я, 19-я, 20-я армии и армейская группа Болдина Западного фронта, 24-я, 32-я армии Резервного фронта и пр.). 12 октября немцы захватили Калугу, 15 октября — Калинин, а 18 октября — Можайск и Малоярославец.

В ночь с 5 на 6 декабря 1941 года началась Клинско-Солнечногорская наступательная операция войск правого крыла Западного фронта при поддержке левого крыла Калининского фронта под командованием Конева.

Начиная со второй половины октября и ноябре 1941 года войска Западного фронта под командованием Жукова вели активную оборону с целью измотать силы противника и готовились к переходу в контрнаступление.

Наши войска после боев на рубеже Волоколамск, Можайск, Малоярославец, Калуга закреплялись на оборонительных позициях восточнее этих пунктов, укомплектовывались, довооружались и готовились к частным контрударам против обозначившихся к этому времени неприятельских группировок.

Войска Западного и других фронтов нанесли ощутимое поражение соединениям Группы армий „Центр“ генерал-фельдмаршала фон Бока в ходе контрнаступления под Москвой (5 декабря 1941 — 7 января 1942).

Потери советских войск составили 372 тыс. убитыми и ранеными, или 37 % от численности войск в начале операции.

В результате успешного наступления была снята угроза быстрого захвата противником столицы СССР. Линия фронта отодвинулась от Москвы на 100—250 км. Первое крупное поражение вермахта во Второй мировой войне оказало вдохновляющее моральное воздействие на народы антигитлеровской коалиции.

В этот год Жуков командовал советскими войсками в четырёх крупных наступательных операциях:

Значительные успехи советских войск под Москвой в декабре 1941 года привели к активному наступлению Красной Армии по всему фронту. Но уже в январе 1942 года оно стало захлёбываться из-за усилившегося сопротивления немецких войск, из-за перебоев с подкреплениями и боеприпасами у Красной Армии, из-за переоценки Ставкой достигнутых успехов. Потери в относительно малорезультативной Ржевско-Вяземской операции составили 776 889 человек — 73,3 % от численности войск к началу операции.

В ходе Ржевско-Сычёвской операции летом 1942 года фронт противника снова устоял, советские войска продвинулись на 30−40 км. Эта операция не привела к оттоку немецких сил с южного направления советско-германского фронта, однако не была допущена и переброска на него дивизий Группы армий „Центр“. Потери в операции составили 193 683 человека (56,1 % от первоначальной численности).

Печально известная операция „Марс“, проводившаяся синхронно с начальной фазой операции „Уран“, не готовилась непосредственно Жуковым как командующим фронтом. В период её подготовки он находился как представитель Ставки ВГК на Сталинградском направлении. Однако координация усилий Западного фронта (командующий фронтом Конев) и Калининского фронта (командующий фронтом Пуркаев) в период операции была возложена именно на него.

Вот как оценивает это наступление немецкий генерал фон Типпельскирх:

В начале августа сложилась очень тяжёлая обстановка [на ржевско-сычевском направлении]: русские едва не прорвали фронт. Прорыв удалось предотвратить только тем, что три танковые и несколько пехотных дивизий, которые уже готовились к переброске на южный фронт, были задержаны и введены сначала для локализации прорыва, а затем и для контрудара. Тактический успех был на стороне немцев. Но русские, сковав такое большое количество немецких войск, принесли этим большую пользу своему главному фронту.

Основной задачей операции предполагалось окружить и уничтожить 9-ю полевую армию вермахта, однако сделать этого по ряду причин не удалось. Потери советских войск в ней составили 215 тыс. убитыми, ранеными и пленными, 1315 танков и САУ за 25 дней. Таким образом, средние потери советских войск за один день боевых действий (8666 человек и 52,6 танка) значительно превысили потери в Сталинградской наступательной операции (6466 человек и 38,9 танков).

В то же время наступательные действия Красной армии в районе Ржева не дали возможности немецкому командованию перебросить в качестве дополнительных резервов части с центрального направления советско-германского фронта на южное, где они могли бы повлиять на ход и Сталинградской битвы.

„Марс“ является одним из ярких примеров возникновения позиционного кризиса на качественно новом уровне развития военной техники и оперативного искусства. Танки, которые в Первую мировую войну стали одним из инструментов решения проблемы прорыва фронта, во Второй мировой войне сами часто оказывались жертвами новых средств борьбы. Противотанковые пушки выкашивали наступающие танки с той же ужасающей быстротой и эффективностью, как пулеметы и скорострельные орудия останавливали пехотинцев на Марне. Поздней осенью 1942 г. танки все чаще стали сталкиваться с противотанковой артиллерией в самом её опасном варианте — с целиком защищенными противоснарядным бронированием САУ.

Кроме того, Жуков как представитель Ставки координировал действия армий Сталинградского фронта в междуречье Дона и Волги в первой половине сентября 1942 года.

Кроме оперативной деятельности командующего, Жуков, согласно версии, выдвинутой им и Василевским в мемуарах, является также соавтором (вместе с Василевским) ключевого советского военного плана 1942 года — плана стратегической операции „Уран“ по разгрому немецких войск под Сталинградом. План, на котором, согласно мемуарам Жукова и Василевского, стоят их и И.В. Сталина подписи, до сих пор не опубликован, несмотря на истечение срока давности.

В начале 1943 года Жуков координировал действия фронтов в операции „Искра“ при прорыве Ленинградской блокады.

После „Искры“ Жуков участвует в подготовке операции „Полярная Звезда“, проведение которой было поручено С.К. Тимошенко. Предполагалось разгромить группу армий „Север“, освободить Ленинградскую область и создать предпосылки для успешного наступления в Прибалтике.

18 января 1943 года Жукову было присвоено звание Маршала Советского Союза. Он стал первым маршалом СССР с начала войны.

К.К. Рокоссовский отзывался о деятельности Жукова на посту представителя Ставки на Центральном фронте в тот период:

…Жуков Г. К. отказался даже санкционировать мое предложение о начале артиллерийской контрподготовки, предоставив решение этого вопроса мне, как командующему фронтом. Решиться на это мероприятие необходимо было немедленно, так как на запрос Ставки не позволяло время. В Ставку позвонил Г.К. Жуков примерно около 10 часов 5 июля, доложив по ВЧ в моем присутствии Сталину о том (передаю дословно), что Костин (мой псевдоним) войсками управляет уверенно и твердо и что наступление противника успешно отражается. Тут же он попросил разрешения убыть ему к Соколовскому. После этого разговора немедленно от нас уехал. Вот так выглядело фактически пребывание Жукова Г. К. на Центральном фронте. В подготовительный к операции период Жуков Г. К. у нас на Центральном фронте не бывал ни разу.

Во-первых, утверждения К.К. Рокоссовского об отъезде Г.К. Жуковa в первый день операции не подтверждаются документально. Во-вторых, Жуков убыл нa Западный фронт готовить наступление, которое поставило жирную точку в „Цитадели“. П.А.Ротмистров мог крайне неудачно выступить под Прохоровкой, судьбы сражения это уже не решало. Мощные удары по орловскому выступу (фактически в тыл ударной группировки немцев на северном фасе Курской дуги) автоматически делали немецкое наступление бесперспективным. Последний удар был нанесен вскрытыми немецкой разведкой приготовлениями войск Южного фронтa к наступлению нa Миусе.

С 5 июля в ходе оборонительного и наступательного этапов Курской битвы Жуков координировал действия Западного, Брянского, Степного и Воронежского фронтов.

В конце августа-сентябре в ходе Черниговско-Полтавской операции Жуков координировал действия Воронежского и Степного фронтов в ходе операций по преследованию противника, отходившего к Днепру.

В результате Житомирско-Бердичевской операции образовался Корсунь-Шевченковский выступ, который Жуков и Ватутин, в докладе Сталину 11 января 1944 года предложили срезать.

В окружение, согласно мемуарам Манштейна, попали 42-й армейский корпус 1-й танковой армии и 11 армейский корпус 8-й армии: 6 дивизий и одна бригада. По исследованию И. Мощанского — 10 дивизий и одна бригада.

В процессе проведения операции генерал Конев обвинил Жукова и Ватутина в бездеятельности в отношении окружённой немецкой группировки, что вело к её прорыву из окружения. В результате обращения Конева к Сталину внутренний фронт окружения был полностью передан под командование Конева. Этот эпизод дополнительно осложнил отношения Жукова и Конева.

После тяжелого ранения Ватутина Сталин приказал Жукову возглавить 1-й Украинский фронт. Войска под командованием Жукова провели в марте-апреле 1944 года наступательную Проскуровско-Черновицкую операцию и вышли к предгорьям Карпат.

10 апреля 1944 года Маршал Г.К. Жуков был удостоен высшей военной награды — ордена „Победа“ — первым среди награждённых. Номера орденов отсутствовали, так как изготовлялись не на Монетном дворе, а в ювелирной часовой мастерской.

Летом 1944 года Жуков координировал действия 1-го и 2-го Белорусских фронтов в ходе проведения операции „Багратион“. Хорошо обеспеченная материально-техническими средствами операция завершилась успешно. Продвижение составило не 150—200 км, как планировалось, а 400—500 км.

В ходе наступления Жуков 8 июля (независимо от Василевского, предложившего такую же идею) выдвинул предложение о переброске одной танковой армии с 1-го Украинского фронта, имевшего избыток сил и средств, в группу фронтов Василевского и на 2-й Белорусский фронт, с одновременным усилением этой группировки одной общевойсковой армией из резерва Ставки и рядом других частей, для внезапного удара на пока крайне слабо обороняемую Восточную Пруссию.

Однако идея была отвергнута. Как позже отмечал Г.К. Жуков:

Думаю, что это была серьёзная ошибка Верховного, в последующем повлёкшая за собой необходимость проведения чрезвычайно сложной и кровопролитной Восточно — Прусской операции.

В июле 1944 года Жуков также координировал действия 1-го Украинского фронта, который наносил удары на Львовском, Рава-Русском и частью сил — на Станиславском направлениях. В ноябре 1944 года назначен командующим 1-м Белорусским фронтом.

На заключительном этапе войны 1-й Белорусский фронт, руководимый маршалом Жуковым, совместно с 1-м Украинским под командованием Конева провели Висло-Одерскую операцию, в ходе которой советские войска освободили Варшаву, рассекающим ударом разгромили группу армий „А“ генерала Й. Харпе и фельдмаршала Ф. Шернера.

Потери советских войск в этой операции составили 193 215 человек. Из этого числа 1-й Белорусский фронт потерял 77 342 из 1 028 900 человек (7,5 %), в то время 1-й Украинский — потерял 115 783 из 1 083 800 человек (10,7 %), то есть в 1,5 раза больше.

Несмотря на то, что фронт Жукова перешёл в наступление на два дня позже соседнего 1-го Украинского, темпы наступления 1-го Белорусского фронта настолько превысили темпы наступления соседних двух фронтов, что это привело к оголению флангов на 100—150 км с севера и с юга от передовых частей. Ширина фронта к исходу 31 января достигла 500 км.

С 3 февраля по 30 марта часть сил фронта вела упорное ожесточенное сражение по удержанию и расширению плацдарма в районе Кюстрина, значительно расширив стратегически важный плацдарм на Одере — трамплин для завершающего наступления на Берлин.

10 февраля — 4 апреля правое крыло 1-го Белорусского фронта приняло участие в Восточно-Померанской операции, потеряв при этом 52 303 из 359 600 человек (14,5 %). 2-й Белорусский фронт под командованием Рокоссовского потерял при этом 173 389 из 560 900 человек (30,9 %).

Войска 1-го Белорусского фронта закончили войну участием в Берлинской операции, потеряв при этом 179 490 из 908 500 человек (19,7 %), в то время как 1-й Украинский фронт потерял 113 825 из 550 900 человек (20,7 %).

8 мая 1945 года в 22:43 (9 мая в 00:43 по московскому времени) в Карлсхорсте (Берлин) Жуков принял от генерал-фельдмаршала Вильгельма Кейтеля безоговорочную капитуляцию войск нацистской Германии.

24 июня 1945 года в Москве на Красной площади состоялся знаменитый парад в честь Победы Советского Союза над Германией в Великой Отечественной войне.

Парад Победы принимал Маршал Советского Союза Георгий Жуков. Командовал парадом Маршал Советского Союза К.К.Рокоссовский. Жуков и Рокоссовский проехали по Красной площади на конях белой и караковой масти.

И.В. Сталин наблюдал за парадом с трибуны Мавзолея Ленина. На трибуне мавзолея присутствовали Молотов, Калинин, Ворошилов и другие члены Политбюро. От имени и по поручению Советского правительства и ВКП(б) Георгий Константинович поздравил доблестных советских воинов „с Великой Победой над германским империализмом.

Открывал торжественное мероприятие сводный полк суворовцев барабанщиков, за ним шли сводные полки Карельского, Ленинградского, 1-го Прибалтийского , 3-го, 2-го и 1-го Белорусских, 1-го, 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов, сводный полк Военно-Морского Флота. В составе полка 1-го Белорусского фронта особой колонной прошли представители Войска Польского. Впереди сводных полков фронтов шли командующие фронтами и армиями, Герои Советского Союза несли знамёна прославленных частей и соединений. Для каждого сводного полка оркестр исполнял особый марш.

7 сентября 1945 года в Берлине у Бранденбургских ворот состоялся Парад Победы союзных войск во Второй Мировой Войне (в парадном марше прошли колонны войск и бронетехника берлинских гарнизонов СССР, Франции, Великобритании и США), от Советского Союза парад принимал маршал Жуков. Командовал парадом английский генерал-майор Э. Нэйрс комендант Британского Сектора в Берлине.

В июне 1945 года 1-й Белорусский фронт переименован в Группу советских оккупационных войск в Германии (ГСОВГ), главнокомандующим которой становится возглавлявший войска фронта маршал Жуков. Также он возглавил организованную в том же месяце Советскую военную администрацию в Германии (СВАГ).

Как отмечается, таким образом в оккупированной советскими войсками части Германии (Советская зона оккупации Германии) в тот период устанавливались два центра власти: военный и военно-административный: Советские оккупационные войска и Советская военная администрация. Руководство обеими структурами осуществлял один Главнокомандующий — маршал Г. Жуков.

Как главнокомандующий ГСОВГ, в июле 1945 года Жуков как представитель СССР, вошёл в союзнический Контрольный совет по управлению Германией.

Менее чем через год, с оформлением Сухопутных войск как вида Вооружённых Сил СССР, в марте 1946 года Жуков назначен на должность Главнокомандующего Сухопутными войсками и замминистра Вооружённых Сил СССР.

12 июля 1945 года фельдмаршал Монтгомери возложил на маршала Жукова Большой Крест рыцаря ордена Бани военного класса (Берлин, у Бранденбургских ворот)

Подписание Акта о безоговорочной капитуляции Германии 8 мая 1945 года в 22:43 по центральноевропейскому времени (9 мая 00:43 по московскому времени), КарлсхорстБерлин).

Сталин не смог вынести авторитета полководца Жукова в армии и стране, его международного престижа. Поэтому после Победы, сняв мундир генералиссимуса, он не забывает о Георгии Константиновиче, «задвинув» его в 1946 году командующим Одесским военным округом.

Летом 1946 года состоялось заседание Высшего военного совета, на котором разбиралось дело маршала Жукова по материалам допроса Главного маршала авиации А.А. Новикова, арестованного перед тем органами госбезопасности по делу авиаторов. Жуков был обвинён в незаконном присвоении трофеев и раздувании своих заслуг в деле разгрома Гитлера с личной формулировкой И.В. Сталина „присваивал себе разработку операций, к которым не имел никакого отношения“. На заседании практически все высшие военачальники, за исключением начальника Главного управления кадров Ф.И. Голикова, высказались в поддержку Жукова. Однако члены Политбюро обвинили Жукова в бонапартизме“ за то, что он вывел политотделы из состава сухопутных войск.

В июне 1946 года было открыто расследование по „трофейному делу“. Предварительным следствием были добыты свидетельства о том, что Жуков вывозил из Германии „в значительных количествах“ мебель, произведения искусства, различное другое трофейное имущество „для своего личного пользования“. Также в деле имеется объяснительная записка Жукова на имя секретаря ЦК ВКП(б) А.А. Жданова:

Я признаю себя очень виноватым в том, что не сдал всё это ненужное мне барахло куда-либо на склад, надеясь на то, что оно никому не нужно. Я даю крепкую клятву большевика — не допускать подобных ошибок и глупостей… Я уверен, что я ещё нужен буду Родине, великому вождю товарищу Сталину и партии…

9 июня 1946 года Жуков был снят с должности Главкома сухопутных войск — замминистра Вооружённых Сил СССР и назначен командующим войсками Одесского округа. На Пленуме ЦК ВКП(б) в феврале 1947 года маршал Жуков был выведен из числа кандидатов в члены ЦК ВКП(б).

20 января 1948 года Политбюро приняло постановление „О т. Жукове Г. К., Маршале Советского Союза“. В постановлении, среди прочего, указывалось:

Тов. Жуков в бытность главнокомом группы советских оккупационных войск в Германии допустил поступки, позорящие высокое звание члена ВКП(б) и честь командира Советской Армии. Будучи обеспечен со стороны государства всем необходимым, тов. Жуков злоупотреблял своим служебным положением, встал на путь мародёрства, занявшись присвоением и вывозом из Германии для личных нужд большого количества различных ценностей. В этих целях т. Жуков, давши волю безудержной тяге к стяжательству, использовал своих подчинённых, которые, угодничая перед ним, шли на явные преступления… Будучи вызван в комиссию для дачи объяснений, т. Жуков вёл себя неподобающим для члена партии и командира Советской Армии образом, в объяснениях был неискренним и пытался всячески скрыть и замазать факты своего антипартийного поведения. Указанные выше поступки и поведение Жукова на комиссии характеризуют его как человека, опустившегося в политическом и моральном отношении.

4 февраля 1948 года приказом министра вооружённых сил Николая Булганина Жуков был переведён с должности командующего Одесским военным округом на должность командующего Уральским военным округом.

На XIX съезде партии в октябре 1952 года Жуков вновь был избран кандидатом в члены ЦК.

После смерти Сталина в 1953 году по ходатайству Л.П. Берии Жуков был назначен на должность первого заместителя министра обороны СССР (министром обороны стал Н.А.Булганин). По утверждению Сергея Хрущёва, возвращение Жукова с Урала и назначение на должность замминистра произошло по настоянию Н.С.Хрущёва.

Хрущёв и Булганин планировали устранить Берию (членам Президиума ЦК по инициативе Хрущёва было объявлено, что Берия планирует провести государственный переворот и арестовать Президиум на премьере оперы „Декабристы“). По некоторым свидетельствам, Жуков предупредил Берию, но тот был уверен, что это произойдёт на съезде, и „у него будет открытая трибуна“. Участник ареста Берии во время заседания Президиума 26 июня 1953 года, непосредственно задержавший Берию по указанию Г.М. Маленкова, Жуков, как отмечают, был привлечён к этому в последний момент и, что было особо оговорено Булганиным, без оружия. На пленуме ЦК КПСС в июле 1953 года переведён из кандидатов в члены ЦК КПСС.

Проведённые 16 июля 1945 года испытания ядерного оружия и впоследствии его применение по японским городам Хиросима и Нагасаки обусловили ускоренное создание в СССР „ядерного щита“, способного обеспечить военно-стратегический паритет. Первостепенное значение в Советском Союзе того периода уделялось созданию ускоренными темпами атомной промышленности и отечественного ядерного оружия.

К концу 1953 года в США было проведено уже 5 учений с реальным использованием ядерного оружия, к осуществлению таких маневров готовились и в СССР.

К началу 1954 года стратегическая авиация США имела на вооружении уже более 700 атомных бомб, были проведены 45 ядерных испытаний, последствия применения атомного оружия и меры защиты были всесторонне исследованы специалистами на полигонах и в ходе войсковых учений с участием военнослужащих армии США.

Вскоре ЦК КПСС было решено провести учения на Тоцком полигоне под Оренбургом, вблизи которого не было больших рек и крупных населенных пунктов.

Общевойсковое учение на тему „Прорыв подготовленной тактической обороны противника с применением атомного оружия“ было назначено на осень 1954 года.

На учениях должна была применяться атомная бомба мощностью 40 килотонн, испытанная на Семипалатинском испытательном полигоне в 1951 году.

Руководство учением было возложено на Маршала Советского Союза Г.К. Жукова.

В этих условиях было крайне необходимо в интересах совершенствования противоатомной защиты войск, проверки расчетных нормативов по поражению атомным оружием техники и вооружения провести учение с максимальным приближением к боевой обстановке. Осуществление такого замысла было продиктовано также стремлением не отстать в подготовке Вооруженных Сил СССР от армии США.

В учениях участвовали: около 45 тысяч человек, 600 танков и САУ, 600 бронетранспортеров различных типов, 500 орудий и минометов, больше 300 самолетов, большое количество вспомогательной техники.

На полигон прибыли командующие всех родов войск и флота. Присутствовали министры обороны стран-союзников СССР. В день, проведения учения на полигон прибыл Никита Хрущёв.

14 сентября 1954 года в 09:34 утра, бомба эквивалентом примерно в 44 килотонны была сброшена с Ту-4, с высоты более 8000 метров. Взрыв произошел на высоте 350 метров. После ядерного взрыва последовал артиллерийская подготовка и атаки фронтовой авиации.

Гражданское население близ лежащих к Тоцкому полигону деревень было предварительно эвакуировано.

Через три часа началось наступление наземных войск. Непосредственно через эпицентр взрыва прошло не более 1 % войск, задействованных в маневрах. Основная масса войск прошла по краю зоны, где фон был на порядки слабее. Тем не менее, как и в США, значительное количество участников учений позже страдали от последствий облучения, и многие умерли от вызванных им болезней.

Кроме СССР и США учения подобного рода проводила Великобритания, и, по некоторым сведениям, Франция.

Информация об этих учениях весь советский период была засекречена. Со всех участников учений была взята подписка о неразглашении государственной и военной тайны сроком на 25 лет.

Согласно данным, опубликованным в начале 1990-х годов, радиационному воздействию, наряду с Тоцким, в разной степени подверглись ещё семь районов, где наблюдался рост числа онкологических заболеваний.

В 1994 году на Тоцком полигоне в эпицентре взрыва установили памятный знак — стелу с колоколами, звонящими по всем пострадавшим от радиации.

В феврале 1955 года Н.А. Булганин был назначен председателем Совета Министров СССР. Жуков получил назначение Министром обороны СССР. В феврале 1956 года Жуков был избран кандидатом в члены Президиума ЦК КПСС.

Жуков восстановил должность главнокомандующего сухопутных войск, упразднённую Сталиным в 1950 году, и назначил на неё маршала Конева, своего заместителя на посту министра. 21 марта 1955 года он создал пост заместителя министра обороны по специальному вооружению и ракетной технике, на который назначил маршала Неделина.

Жуков по инициативе Хрущева осуществил сокращение численности вооружённых сил с 4 815 870 до менее чем 3 миллионов человек, был сокращён срок службы по призыву.

18—23 июля 1955 года Жуков вместе с Хрущёвым, Булганиным и Молотовым участвовал в переговорах в Женеве, где впервые после окончания Второй мировой войны встретились руководители СССР, США, Великобритании и Франции. Хрущев при этом возлагал большие надежды на хорошие личные отношения, сложившиеся между Жуковым и Эйзенхауэром, ставшим в 1952 году президентом США.

На переговорах Эйзенхауэр предложил политику „открытого неба“, позволяющую одной стороне совершать инспекционные полёты над территорией другой, чтобы своевременно заметить возможную военную угрозу. Вопреки мнению Хрущева и других членов советской делегации, даже не посоветовавшись с ними, Жуков поддержал предложение Эйзенхауэра.

Чарльз Боулен посол США в Москве, тоже присутствовавший на переговорах в Женеве, написал в своих воспоминаниях: „[Маршал] сильно отличался по характеру от хитрых большевистских вождей. Он проявлял терпимость, даже уважение к Соединенным Штатам, и у меня нет никаких сомнений в том, что его симпатия к генералу Эйзенхауэру была искренней, а не изображаемой для какой-то цели“.

В ноябре 1956 года Жуков, вместе с маршалом Коневым, руководил советскими войсками при подавлении антикоммунистического восстания в Венгрии. Эта операция называлась „Вихрь“. По мнению западных исследователей, Жуков сыграл одну из ключевых ролей в подавлении восстания.

„За подавление венгерского фашистского мятежа“ и в связи с 60-летием со дня рождения — 1 декабря 1956 года в четвёртый раз был удостоен звания Героя Советского Союза с вручением медали „Золотая Звезда“ за № 1 и ордена Ленина (№ 276136). До 18 декабря 1981 года был первым и единственным четырежды Героем Советского Союза. О том, что в 1981 году Генеральный секретарь ЦК КПСС Л.И. Брежнев тоже стал четырежды Героем Советского Союза Г.К. Жуков уже не узнал.

Жуков уделял большое внимание созданию и принятию на вооружение ракетно-ядерного оружия. С 13 по 20 мая 1957 года по инициативе Г.К.Жукова состоялась военно-научная конференция с участием высших командиров различных родов войск, начальников и преподавателей военных академий, руководителей конструкторских бюро и научно-исследовательских институтов. На ней обсуждался вероятный характер вероятных в будущем войн.

22—29 июня 1957 года на Пленуме ЦК КПСС вместе с председателем КГБ СССР генералом армии И.А. Серовым и другими активно поддержал Н.С. Хрущёва в борьбе с так называемой „антипартийной группой Молотова, Маленкова, Кагановича и примкнувшего к ним Шепилова“. Тогда же был избран членом Президиума ЦК КПСС.

Георгий Константинович, пожалуй, первым рассказал о том, как Сталин и его подручные утверждали расстрельные приговоры списками.

29 октября 1957 года Пленум ЦК КПСС, посвящённый улучшению партийно-политической работы в Советской Армии и Военно-Морском Флоте, постановил, что Г.К.Жуков „нарушал ленинские, партийные принципы руководства Вооружёнными Силами, проводил линию на свёртывание работы партийных организаций, политорганов и Военных советов, на ликвидацию руководства и контроля над армией и Военно-Морским Флотом со стороны партии, её ЦК и правительства…“

Этим же постановлением Жуков был выведен из состава Президиума ЦК и ЦК КПСС. Указом Президиума Верховного Совета СССР он был освобождён от должности министра обороны СССР.

3 ноября 1957 года в печатном органе ЦК КПСС, газете „Правда“ опубликована статья Маршала Советского Союза И.С. Конева „Сила Советской Армии и Флота — в руководстве партии, в неразрывной связи с народом“. В ней, в частности утверждалось, что „Жуков не оправдал доверия партии, оказался политически несостоятельным деятелем, склонным к авантюризму в понимании важнейших задач внешней политики СССР и в руководстве Министерством обороны“

Постановлением Совета министров СССР № 240 (от 27 февраля 1958 года) Г.К. Жуков был отправлен в отставку.

К XXII съезду КПСС Г.К.Жукова называют в составе участников антипартийной группы.

Г.К.Жуков был единственным маршалом СССР, который после отставки не был зачислен в Группу генеральных инспекторов Министерства обороны СССР, куда входили все видные полководцы-герои Великой Отечественной войны, по состоянию здоровья или по выслуге лет оставившие службу.

Сам Жуков, — как вспоминал о нём один из его адъютантов полковник Н.Ф.Панасенко, которого он помог вызволить из особого лагеря № 1, наведывавшийся к нему в годы его опалы, — говорил ему об этом следующее:

Они меня в бонапартизме обвиняют. Да я, если б хотел… Ко мне Фурцева прибегала, уговаривала: „Георгий Константинович, возьмите власть, а то ведь Молотов с Кагановичем…“. Но мне это ни к чему.

После отставки Хрущёва в 1964 году, в мае 1965 года Георгия Константиновича после продолжительного перерыва приглашают в Кремлевский дворец съездов на торжественное заседание, посвященное 20-летию Победы. Присутствующие в зале встретили его появление продолжительными аплодисментами и бурной овацией.

 

13 ноября 1973 года скончалась жена маршала — Галина Александровна. После её смерти Георгий Константинович чувствовал себя всё хуже. Вскоре у него случился инфаркт. В мае 1974 года Жуков впал в кому.

Г.К. Жуков умер в Центральной клинической больнице на улице Грановского 18 июня 1974 года, накануне 17-летия своей младшей дочери.

Вопреки последней воле Жукова о погребении в земле и невзирая на просьбы семьи к высшему руководству страны, тело его было кремировано. Урна с прахом захоронена в Кремлёвской стене на Красной площади Москвы (прим. как исключение — на правой стороне, рядом с прахомС.С.Каменева).

2 декабря 1996 года — в год 100-летия со дня рождения Жукова — на Красной площади, впервые за все годы существования кремлёвского некрополя, была отслужена панихида.

Для меня главным было служение Родине, своему народу. И с чистой совестью могу сказать: я сделал все, чтобы выполнить этот свой долг. Дни моих самых больших радостей совпали с радостями Отечества. Тревога Родины, ее потери и огорчения всегда волновали меня больше, чем личные. Я прожил жизнь с сознанием, что приношу пользу народу, а это главное для любой жизни. Георгий Жуков.

Из воспоминания сослуживца.

Человек большого полководческого таланта, смелый и оригинальный в своих суждениях, очень твёрдый в проведении решений в жизнь, не останавливающийся ни перед какими препятствиями для достижения поставленных военных целей. Чувствуя свою правоту в том или ином спорном вопросе, Георгий Константинович мог довольно резко возражать Сталину, на что никто другой не отваживался.

Жуков ценил штаб, понимал значение штаба в работе командующего, не мыслил свою работу в отрыве от работы штаба. И штаб при нём работал спокойно и регулярно. Подписав вечером итоговое донесение, он больше не дергал штаб. Подводились итоги вечером, во время составления итогового донесения, определялись задачи на следующий день, и с утра можно было спокойно работать в штабе, зная, что не будет дерготни, напоминаний, вопросов. Во всяком случае, первые несколько часов утренней работы. Работникам штаба Жуков доверял. Доверял их донесениям, суждениям. И, пока он доверял, работать с ним было хорошо. Но с людьми, раз выходившими у него из доверия, он бывал крут, и если учесть огромные полномочия, которые он имел, огромные права,— это грозило, могло грозить тяжелыми последствиями. Надо сказать, что стиль разговоров с командармами в штабе фронта в период командования Жукова установился грубый. Неправильно, на мой взгляд. И Жуков, и Булганин, и Соколовский, начальник штаба, были грубы с командармами и по телефону в случае неудачи или неполного успеха, словом, всего того, где происходившее не соответствовало первоначальным планам,— по телефонам шла грубая ругань, и иногда можно было услышать больше разговоров о том, что снимут голову, чем разговоров о том, как поправить дело. А ведь умение руководить и умение снимать голову — это разные умения. Покровский А. П..

В городах и сёлах России 190 проспектов, улиц, площадей и переулков названы в честь Маршала Советского Союза Г.К. Жукова.

На родине полководца его имя носит с 1974 года город Жуков — административный центр Жуковского района Калужской области. В городе открыт музей Жукова.

В городе Калуге: Именем Жукова Г. К. названа одна из центральных улиц города, которая берёт начало от площади Победы; В 1985 году открыт сквер в честь 40-летия освобождения города от немецко-фашистских захватчиков, который в настоящее время носит имя «Сквер имени Георгия Константиновича Жукова»; 8 мая 1985 года там установлен бюст Георгию Константиновичу Жукову; 8 мая 2015 года Георгию Константиновичу Жукову на площади Победы установлен памятник из бронзы; В районе «906 база» города установлена памятная стела: «Здесь начал свой ратный путь солдат Георгий Константинович Жуков»; к 70-летию Победы учреждена юбилейная медаль областного значения «В память 70-летия Победы в Великой Отечественной войне», на лицевой стороне которой представлено изображение уроженца Калужской области, Маршала Победы Георгия Константиновича Жукова; в мае 2014 года началось строительство музея Георгия Константиновича Жукова, который будет находится в жилом доме, носящем имя «Маршал», возведённом поблизости со сквером имени Георгия Константиновича Жукова.

В 1974 году имя маршала присвоено Военной командной академии противовоздушной обороны в Калинине, сформированной приказом Г.К. Жукова в бытность министром обороны СССР.

В 1974 году именем Маршала Жукова назван проспект в Москве.

Первый в СССР памятник Жукову был заложен в в городе Старый Оскол (РСФСР) в микрорайоне, получившим наименование «микрорайон Жукова».

В 1995 году был установлен конный памятник Жукову на Манежной площади в Москве.

В 1995 году в Москве в сквере имени Маршала Жукова на проспекте Маршала Жукова был установлен ещё один памятник полководцу.

У общего северного вестибюля станций метро «Каширских» установлен памятник-бюст Жукова.

В 1995 году в Московском парке Победы Санкт-Петербурга установлен памятник маршалу Г.К. Жукову.

В 1995 году в Екатеринбурге был установлен конный памятник Жукову на проспекте Ленина возле штаба Уральского военного округа.

Памятник маршалу Советского Союза Г.К. Жукову авторов Е.А.Татишвили и В.И.Винниченко в Твери на площади Славы перед зданием Военной академией воздушно-космической обороны имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова, создан по инициативе Академии, был открыт в 1995 году.

В Армавире установлен памятник Г.К. Жукову на одноимённой улице.

В 1995 году в Омске установлен памятник Маршалу Г.К.Жукову.

В честь маршала названа малая планета, открытая в 1975 году.

Песня «Маршал Жуков и Победа». Музыка: Е. Колмановский. Слова: Е. Долматовский, 1982 г.

8 мая 1990 года в 45-ю годовщину Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. в СССР выпущена юбилейная монета с изображением Г.К. Жукова.

9 мая 1994 года учреждены государственные награды Российской Федерации имени полководца: орден Жукова и медаль Жукова.

В 1994 году в городе Ирбит Свердловской области открыт памятник Г.К. Жукову на мраморном постаменте в полный рост (в память об избрании Жукова депутатом Верховного совета СССР от города Ирбита и Ирбитского района).

В 1995 году учреждена Государственная премия Российской Федерации имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова, которая вручается за выдающиеся достижения в области военной науки и создания военной техники, а также за лучшие произведения литературы и искусства, посвящённые Великой Отечественной войне (статья 4 Федерального закона от 19 мая 1995 г. № 80-ФЗ «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной Войне 1941—1945 годов» с изменениями и дополнениями от: 22 августа 2004 г., 9 февраля 2009 г., 4 ноября 2014& г., Указ Президента Российской Федерации от 28 октября 1996& г. № 1499 (ред. от 30 декабря 2009 г.) «О государственной премии Российской Федерации имени Маршала Советского Союза Г.К. Жукова»).

В ноябре 1996 года в старом здании Генерального штаба в Москве (ул. Знаменка, д.19) был открыт мемориальный кабинет-музей Г.К. Жукова.

В 1996 году в честь 100-летия полководца в Волгограде часть ул. Исторической протяженностью 4,2 км была переименована в проспект маршала Жукова. Тогда же на проспекте был установлен памятник.

В Германо-российском музее «Берлин-Карлсхорст»</a> открыт мемориальный кабинет-музей Г.К. Жукова.

22 января 1997 года Постановлением Государственного собрания-Эл Курултай Республики Алтай Республиканской школе-интернату № 1 г. Горно-Алтайска присвоено имя Маршала Советского Союза Г.К. Жукова и открыт школьный музей, посвящённый Г.К. Жукову.

В Рыбинске на площади Маршала Жукова установлены стенды с описанием боевого пути и наград Жукова.

В честь маршала названы танкер («Маршал Жуков») Новороссийского морского пароходства, пассажирский теплоход Волжского пароходства («Георгий Жуков») и сухогруз («Георгий Жуков») Судоходной Компании Стандард Шиппинг.

В Кемерове, в парке Г.К. Жукова установлен его бюст.

В СССР была выпущена почтовая марка, посвященная Жукову.

В Курской области в честь маршала Жукова назван посёлок им. Маршала Жукова.

В Крымске (Краснодарский край) школа № 3 носит имя Маршала Жукова. В школе функционирует музей им. Четырежды Героя Советского Союза, Маршала Советского Союза Жукова.

В Иркутске установлен Памятник Маршалу Г.К. Жукову в 2005 году к 60-летию Победы в Великой Отечественной войне.

В 2000 году в городе Волжский Волгоградской области перед зданием городского военкомата был установлен памятник Г.К. Жукову (автор проекту П. Л.Малков).

В 2000 году в городе Петрозаводске был установлен памятник Г.К. Жукову.

В декабре 2013 года в городе Саратов на здании госпиталя, где в 1919 году Г. К. Жуков проходил лечение, установлена мемориальная доска.

8 мая 2007 года в столице Беларуси Минске в честь маршала торжественно открыт сквер его памяти с бюстом Г.К. Жукова.

В городе Уральске (Казахстан) есть улица Г.К. Жукова.

В городе Уральске (Казахстан) перед штабом в/ч 5517 внутренних войск МВД Республики Казахстан установлен бюст Г.К. Жукова.

В 2005 году в Киргизской республике была выпущена почтовая марка, посвященная Маршалу Советского Союза Г.К. Жукову.

24 июля 2015 года в городе Луганске, в честь 70-летия первого Парада Победы, открыт памятник Г.К. Жукову

В 1979 году первый за пределами СССР памятник Г.К. Жукову был установлен к 40-летию победы на Халхин-Голе в Улан-Баторе (Монголия) рядом с первым в мире домом-музеем Жукова, сохранённом при застройке района типовыми пятиэтажками, на улице его имени (монг. Жуковын гудамж).

В Никарагуа в апреле 2013 года был открыт учебный центр подготовки специалистов сухопутных войск им. Г.К. Жукова.

1 декабря 2016 года в деревне Стрелковка Жуковского района Калужской области открыт после капитальной реконструкции «Родительский дом маршала Георгия Жукова», к 120-летию со дня рождения полководца.

С февраля 2018 года имя Маршала Советского Союза Г.К. Жукова носит один из залов управления Национального центра управления обороной Российской Федерации.

9 мая 2018 года на территории одной из воинских частей в городе Майкопе открыт бюст Г. К. Жукову.

Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение городского округа Тольятти «Школа № 59 имени Героя Советского Союза Г.К. Жукова

Все организации
Центры поддержки НКО
Молодежные и детские организации
Организации инвалидов
Женские организации
Организации правовой поддержки и защиты
Организации ветеранов
Спортивные организации
Профессиональные объединения
Благотворительные организации
Творческие союзы
Национально-культурные объединения
Прочие организации
Экологические и природоохранные организации
Культурно-досуговые организации
Образовательные организации

Календарь

п в с ч п с в
 
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30